• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
10:35 

Dark Brown Eyes / Очи чёрные

Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать... В. Цой (с)
Думала, дублировать ли здесь свои посты о других постановках "Розы Версаля", и решила, что не стоит. Кому интересно, зайдёт в нашу тему на НПФ и прочитает.

Зато принесла пост про "Очи чёрные" и много-много скринов. :) Спектакль замечательный, посмотрела уже 2 раза полностью и не меньше 20-и раз дуэт Пугачёва и Гринёва в кибитке. Чтобы глубже воспринять, перечитала "Капитанскую дочку" - тоже не без удовольствия. Итак...

Dark Brown Eyes / Kuroi Hitomi / Очи чёрные (труппа Луна, 1998-99)



www.takarazuka-revue.info/tiki-index.php?page=D...

Яркий, динамичный и в то же время поэтичный спектакль, сделанный с явной симпатией к нашей стране. Выразительный хореографически и музыкально, с несложными мобильными декорациями и эффектными костюмами. Построен на сочетании русских (защитники Белогорской крепости), тюркских (пугачёвцы) и немного европейских (двор Екатерины) мотивов.

Шёл он в Такарадзуке почти полтора месяца, а в этом году будет поставлен снова - на этот раз труппой Снег с Отодзуки Кэй в главной роли: http://www.takarazuka-revue.info/tiki-inde...+On+(Snow+2011) Думаю, он привлекает к себе японских зрителей не только русской экзотикой и пугачёвской харизмой, но и образом главного героя, "берегущего честь смолоду", умеющего любить и дружить, невзирая на сословные и имущественные различия, видящего человека даже в самом заклятом враге своей государыни, но и ради самой горячей к нему симпатии не изменяющего своему долгу.

Т.к. это 1-актная постановка, то сюжет повести был немного сокращён, но принципиальных изменений при этом не возникло. Существенных отличий я заметила только 2.
1) имя главного героя было заменено на Николая, при том, что отчество и фамилия остались прежними. Видимо, это было сделано для того, чтобы избежать путаницы с Петром III, за которого выдавал себя Пугачёв и имя которого несколько раз звучит в спектакле. Но мне это сначала мешало, т.к. я с детства привыкла называть его Петрушей. (Хотя, пожалуй, это действительно Николай - этот герой хоть и морщится порой в ответ на ворчание Савельича, но на недоросля не очень похож).
2) Маша здесь не родная, а приёмная дочь Мироновых, предположительно казачьего происхождения. Как я поняла, это было сделано не для закручивания интриги, а для того, чтобы зрителю были понятны причины, по которым Гринёв на суде не стал называть её имя, предпочтя быть обвинённым в измене. В версии Такаразуки он не просто не пожелал впутывать её в это дело, а испугался, что её, как казачку, тоже сочтут пособницей Пугачёва. Возможно, другой причиной было желание увеличить неравенство между влюблёнными. Правда, если не читать синопсис спектакля и не вслушиваться в слова, русский зритель об этом даже не догадается.

Актёрский ансамбль здесь великолепен:

Николай Гринёв - Макото Цубаса
Маша Миронова - Кадзахана Маи
Пугачёв - Шибуки Дзюн (Рика)
Швабрин - Хацукадзе Мидори
Савельич - Миса Ноэру
Максимыч - Дзюри Сакихо

Все события в спектакле сопровождают и поясняют 3 рассказчика: Вера, Надежда, Любовь. Роль Любви сыграла Кирия Хирому, Надежды - Ямато Юга, 3-ю девушку не знаю (список действ. лиц на ТакаВики неполный). Персонажи это мужские. Они рассказывают, поют, танцуют, порой переодеваются, становясь солдатами, судейскими и т.д.

Максимыч - персонаж эпизодический, в общей сложности он находится на сцене не больше 5 минут. Фактически это перебежчик, предавший своих и примкнувший к Пугачёву. Однако, в отличие от Швабрина, он вызывает невольное сочувствие, благодаря и очарованию актрисы, и отношению персонажа к главным героям. Так что я почувствовала облегчение, когда в сцене разгрома пугачёвцев ему удалось благополучно убежать. Было бы очень жаль, если бы он погиб.

Савельич - персонаж комический.
Ещё презабавна сцена учений в Белогорской крепости, с солдатами, которые так и не научились "отличать левую сторону от правой".

Швабрин - эффектно отталкивающий злодей с кривой усмешкой. К своему стыду, Хацукадзе я умудрилась не узнать, хотя видела её уже в 2-х больших ролях, из них в одной она злодей из злодеев, совершенно великолепный (надо будет тоже пост написать).

Маша - милая, пластичная, с приятным голосом, но несколько более мусумэячная, чем мне бы хотелось её видеть, ведь пушкинскую героиню отличала особая простота. Впрочем, это и у Пушкина не самый главный персонаж, так что не буду придираться.

Николай - романтичный и благородный юноша, порывистый, отважный и щедрый. Я раньше видела Цубасу только на фото, и она произвела на меня очень приятное впечатление. Красивая, яркая, с низким голосом, она сумела не потеряться на фоне Рики-Пугачёва. (Хотя Рика и её герой здесь всего лишь "следующие", но "следующие" только номинально).

Пугачёв Рики - не просто 100%-ное попадание в образ, это, мне кажется, тот случай, когда актриса и персонаж словно созданы друг для друга. Полное и точное раскрытие пушкинского характера: харизматичного, свободолюбивого и властного, жестокого и великодушного одновременно. Взгляд то грозный, то "плутовской", как и писал Пушкин, выразительные жесты, глубокий низкий по сравнению даже с Цубасой голос. Это душа спектакля, душа России. Мне даже подумалось, что под "очами чёрными" здесь имелись в виду глаза не только влюблённых молодых героев, но и этого необыкновенного человека, который предпочёл "один раз напиться живой крови" и погибнуть, чем "триста лет питаться мертвечиной".


@темы: такарадзука, капитанская дочка, takarazuka

20:45 

Драконёнок - 17

Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать... В. Цой (с)
14.

Никогда прежде его путь на родину не был таким долгим. Он ещё не до конца окреп и, перебираясь через Карпаты, то пролетая, то пробегая, то проходя по десятку и больше миль за ночь, так изнурил мускулы, так стёр свои ноги, что не мог уже подолгу перемещаться ни в одном своём облике. И даже кровь ему не помогала, лишь удерживая его на грани истощения. Днём он старался спать в укромных местах на земле, но от чужой земли толку тоже было немного. Он крепился лишь волей и, когда увидел, что достиг Трансильвании, едва не рухнул без сил.

И тогда он понял, что всё обернулось как нельзя лучше, что, поспешив, он пришёл бы сюда ещё по снегу. Теперь же каждое поле было обнажено, и даже в лесах уже открылась земля. И в то же время ещё не заросла густой травой, и, едва протянув руку, он мог коснуться её и ощутить, как от неё исходит волшебная сила. И он сможет исцелиться и стать таким, как прежде.

И вернуться к Люси.

Если только она его ждёт.


15.

За эти несколько месяцев он почти отвык от подобия человеческой жизни, которое обыкновенно упорно старался вести. И возвращаться из мира легенд было очень непросто.

В Тыргу-Муреше в гостинице его ждал номер, а на почтамте - доставленные из Данцига вещи. Груз его был невелик и уместился в одном чемодане. Ночью он вышел на охоту, а за день выспался и переоделся в чистое. Изношенные ботинки он выбросил не раздумывая, пропитавшийся пылью костюм – после небольших колебаний. Едва зашло солнце, как он поспешил на вокзал. Но вечернего поезда на Сигишоару не было, поэтому ему пришлось взять дилижанс. Увы, последний и с уже сидящим в нём пассажиром. Увы – ибо он никогда не пил кровь в окрестностях родного города. Даже если на его пути встречались иноверцы или отъявленные негодяи.

Он всегда был верен слову, тем более слову, данному себе самому. Придётся терпеть. И быть любезным.

К счастью, попутчик был всего один.

К несчастью, им оказался молодой невысокий американец с остреньким носом и небрежными манерами. Скороговоркой выпалив невразумительное приветствие, он развалился поудобнее и спросил на неплохом немецком:

- Вы едете в Шёсбург?


***

- Едете в Шёсбург?

- Да, в Сигишоару, - поправляет он машинально.

- Румын, - не спрашивает, а констатирует его попутчик.

Он сдержанно кивает.

- А я-то поначалу принял вас за венгра. Я за вами наблюдал немного. Вы так хорошо говорите, как будто вы настоящий мадьяр.

Он усмехается.

- Вы знаете венгерский?

- Совсем немного. Но у меня хороший слух, могу уловить акцент… Верно, вы жили в Венгрии?

- Да, пришлось.

- А в самой Трансильвании?

- Я здесь вырос.

- Возвращение на родину?

Какие тёплые слова – и какой пошлый тон! Разве об этом говорят всуе?

- Что с вами? Вам стало нехорошо? Болят старые раны?

- Отчего вы догадались, что я военный?

- Как же, такая отличная выправка в ваши годы!

В его годы? В его годы давно пора уже рассыпаться в прах… Нет, он, конечно, имеет в виду его внешность. Неужели он всё ещё так плохо выглядит?

- А сколько бы вы дали мне, сэр?

- Я думаю, вам лет шестьдесят, не меньше.

В самом деле скверно.

Попробовать сказать ему часть правды?

- Нет, мне сорок пять.

Американец прищёлкивает языком.

- Да, должно быть, вы многое повидали… Нелёгкая служба, да? А звание, разрешите спросить?

Тут всю правду тоже не скажешь. Допустим…

- Полковник в отставке.

- Случайно не в наземных войсках служили?

- Так точно.

- И врукопашную доводилось?

- Не без того.

- Тогда я вас понимаю…

Господи, дай ему сил не броситься на этого болтуна и не вытянуть из него всю кровь – не от жажды, а просто чтобы он перестал бередить его душу! Потому как всё-таки она у него есть, даже если он не отражается в зеркале.

- А вы, мистер, собственно, чем занимаетесь? – спрашивает он самым зловещим тоном, но коротышку это ничуть не смущает.

- Я-то совсем по другой части, ваше… как там следует обращаться? Я корреспондент.


***

Ему редко изменяло предчувствие. И если изменяло, то приводило его на край смерти. Но сейчас оно скользнуло в душу его, как льдинка. Тело само подобралось, пальцы дрогнули, словно бы готовясь крепко сжать рукоять меча… Такое простое, такое тревожное слово.

Корреспондент. Человек-стервятник, приходящий к вдовам и сиротам бередить их раны, превращающий тайну в досужую сплетню, а достоинство в посмешище. Он прячет истину за радужными пузырями слов, а дела человеческие развеивает по ветру.

Что ему нужно здесь, на его земле?

- А о чём вы пишете? Судя по всему, не военное дело. Политика? Культура?

- Криминальная хроника. И попутно всё, что связано со сверхъестественным.

Нет, он не ошибся. Самый опасный враг не приходит, трубя в рога и бряцая доспехами. Он крадётся в ночи, как тать.

- Неужели в Америке интересуются нашими происшествиями?

- О, ещё как! Но я мечтаю выйти за рамки жанра и обогатить свои репортажи мотивами румынского фольклора. Он, должен признать, весьма своеобразен. Так что я ненадолго задержусь в Трансильвании, только пару недель проведу в Кронштадте, и далее - в Бухарест… Может быть, вы, как румын, что-нибудь мне посоветуете?

- Для начала познакомьтесь с «Миорицей». И постарайтесь её понять… А теперь я прошу меня извинить, я действительно нездоров и нуждаюсь в отдыхе…

В окрестностях Сигишоары коротышка-американец был неприкосновенен. Но он направляется в Брашов... Что ж, это не нарушает его планы…1

Господарь Валахии не знает жалости.

_______

1 - В это время (и до 1918 г.) Трансильвания входила в состав Австро-Венгрии, конкретно, в Королевство Венгрия, поэтому некоторые города носили в этот период немецкие названия: Сигишоара - Шёсбург (по-венгерски Шегешвар), Брашов - Кронштадт.


Продолжение следует...


@темы: дракула, фанфикшн

20:37 

Драконёнок -16

Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать... В. Цой (с)
13.

Просёлочную дорогу заливает кристально ясный свет луны. Кажется, он звенит серебряным колокольчиком от своей чистоты. Но никто из людей не слышит этого волшебного звука. Все путники уже нашли себе убежище на эту ночь. Только матёрый волк в лохматой шубе бежит по дороге.

В его густой шерсти блестит седина, его сильные лапы сбиты до крови. Но он всё бежит - размеренно и быстро, не давая себе ни мгновения отдыха. Только чутко поводит ушами и так раздувает ноздри, словно пытается вдохнуть в себя все запахи мира. Только умные глаза распахнуты широко, словно ему недостаточно их, чтобы наглядеться.

Ещё несколько пар огоньков загорелось в ночи. Но стая отчего-то не стала выходить на дорогу, чтобы прогнать вторгшегося к ним чужака. Почему-то никто из местных волков не осмелился ни зарычать, ни завыть.

Может быть, оттого, что чуял – не им быть соперником этому волку. Потому что волк этот так же неутомимо бегал по земле ещё века назад. Потому что будет бегать многие века спустя.

А он даже не поводит носом в их сторону. Он смотрит только на пустынную дорогу. И слушает девичьи звонкий голос царевны-луны.


***

Просёлочная дорога привела его к свежезасеянному полю. Пробудившаяся земля дышала легко и вольно, отдавая накопленное за день тепло лунному небу. Волк выбежал по борозде в самый центр поля и замер. Его израненные лапы плавно погружались в мягкую почву, его ноздри жадно принюхивались к сыроватому запаху, язык вывалился из пасти, бока тяжело вздымались. Отдышавшись, зверь вскинул голову к лучезарному диску и завыл во всю мощь.

И луна узнала его голос – этим воем четыре века назад наводил ужас на иноземные рати черноусый рыцарь с изумрудными глазами. И все воины его подхватывали этот вой, и турки молили у Аллаха защиты от шайтанов, окруживших их лагерь…

Но никто из людей не ответил на его зов. Лишь издалека ветер донёс до него плач волчьей стаи. Тела воинов черноусого рыцаря давно истлели в могилах, а души их четыре столетия назад обрели покой в ином мире. Только царевна-луна нежной ладонью прикоснулась к звериной морде…

Но где же серый волк? Посреди широкого поля стоит седоволосый человек в свободно ниспадающем плаще. Его голова непокрыта, несмотря на ночную прохладу. На его довольно красивом чуть скуластом лице ярче звёзд сияют чёрные глаза. В них что-то блестит… Нет, это просто игра лунного света, ибо рыцари не плачут…

В Трансильванию пришла весна. Скоро горы и холмы утонут в потоке зелени. Скоро яблони в садах набросят на себя пену белых кружев. Уже завтра крестьяне вновь придут на поля. А пока все спят до утра: и люди, и леса, и пашни. Спят безмятежно, и даже волчий вой не потревожил их.

И только царевна-луна видела, как седоволосый человек опустился на колени и поцеловал родную землю.


***

Глубоко, спокойно дышит земля. Затих леденящий вой. И даже облака укрыли собой красавицу луну – верно, чтобы не тревожила она тех, кому этой ночью необходимо отдохнуть душой и телом. И только лёгкий ветерок ласково гладит шкуру спящего прямо посреди поля усталого зверя.

Он спит как-то не волчьи, почти зарывшись в рыхлую землю, точно пытаясь с ней слиться. Мерно вздымаются запавшие бока. Лишь чуткие уши иногда едва заметно вздрагивают, всегда настороже, всегда ожидающие внезапной атаки врага или предательского удара.

Или появления солнца…

Спит чистое поле. Спит серый волк. Но и сквозь сон он слышит движение тайных соков земли, и шевеление каждого червя, каждой личинки, и рост брошенного в неё семени.

До рассвета осталась ещё пара часов. А потом он поспешит искать себе другое убежище. Но эти два коротких часа у него никто не отнимет.

Два часа сна на родимой земле.


@темы: дракула, фанфикшн

Memento mori

главная